10:23 

Доступ к записи ограничен

Linn Assalair
Память требует жертв
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

18:11 

lock Доступ к записи ограничен

+Kladbische+
Shiny and Chrome ಠ_ಠ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

12:20 

lock Доступ к записи ограничен

+Kladbische+
Shiny and Chrome ಠ_ಠ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

16:22 

lock Доступ к записи ограничен

...seen it all
Once Upon A Time.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

17:34 

lock Доступ к записи ограничен

+Kladbische+
Shiny and Chrome ಠ_ಠ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

22:58 

Иногда из Вконтактика приходит прекрасное.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
Вот и сегодня пришло, спасибо dugan-bird. Это очень здорово, чесслово. Вот это, например:

И когда ты уже решил уходить без боя,
и когда опустил оружие до земли,
и когда упал - появились такие двое
и один был белый, как содранные обои,
а второй - эскизом Дьявола из Дали.

И который белый тебя уцепил за локоть,
А который черный поправил тебе рюкзак.

А над горизонтом вставала копоть.

Ты просил тебя заштопать... Или не трогать...
Они заглянули в больные твои глаза.

И один говорит. (Второй иногда кивает,
серебристые крылья задумчиво теребя):

"Это всё, что сильнее не делает - убивает.
Ты и так уже сильный, опаснее не бывает.
Идиот.
Ты почти убил самого себя".

Ты хотел ответить, но рот залепило коркой
от засохшей крови. Ты снова пошел вперед,
понадеявшись, на отсутствие твари зоркой
с пулеметом, ну, или мины. Шагал под горку
теребя каблуком сухой красноватый лед...

*

Ты пришел в себя в лазарете. Как будто Лазарь.
И ни смысла, ни оружия не нашел,

но какой-то... такой, окуджавно-зеленоглазый,
белоснежный врач, сияющий и чумазый,
рассказал, что все
закончилось
хорошо.


(с) Арчет

И ведь там еще много такого, очень-очень славного. Черррт... вот хоть однажды написать такое - и можно считать, что не зря коптил небо.

21:43 

В кои веки написался слэшный фик.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
Название:"Верность в крови"
Авторы: Джерри_, Непальская домохозяйка
Бета: Непальская домохозяйка
Рейтинг: PG-13
Размер: макси, около 12 тысяч слов
Жанр: юмор, экшен, немножко слэшу.
От авторов: написано по мотивам оставшейся за бортом заявки II тура: "Тони/Стив, Тор/Локи. Злой Красный Череп держит в плену Старка и Локи (ётун на стороне Мстителей). Роджерс и Тор идут вызволять свои непутевые вторые половинки".
Дисклаймер: все права принадлежат Marvel.
От автора: тут надо понимать, как это пишется, когда вместе. Сначала ВМЕСТЕ рождается в муках сюжет. Потом Джерри_ пишет текст, содержащий главное: композицию, персонажей, основные пункты действия. Потом впс садится и на основе этого текста делает совершенно новый текст, поскольку впс томминокер - СВОЕ пишет крайне редко, зато как из пушки апгрейдит чужое. Но все же все это настолько вместе, что можно считать - писали две половинки одного мозга. :gigi: И вот еще что: да, честно признаю, что скальд из меня еще тот. Не бейте за "кеннинги". :gigi:

Где-то в джунглях, наше время.

– Это ты во всем виноват, – сварливо сказал бог.
Тони Старк перебрал классические варианты ответов («да», «нет», «пошел в задницу», «иии…президента Кеннеди тоже я?..») и остановился на кратком, но более сложном для восприятия – потому что, во-первых, мутило и башка болела адски, а во-вторых, были все основания полагать, что божеству тоже хреново. Нечего тут. Пускай теперь этот, рожа пафосная, отдувается.
– Обоснуй, – ответил он.
читать дальше

Продолжение в комментах.

16:25 

Это Арчет.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
Извини меня, если я не о том пишу.
Только ноги привыкли к дороге, а я к ножу.
только я не мог остаться в твоем аду
или райском саду. Не могу, не могу, иду.

Позади километры оставленного жилья,
позади города, пушистые от былья,
позади века притворства и немоты,
позади бинты и ломаные зонты,
позади пространства, полные облаков,
пресвитерианства платиновых оков,
позади леса, горящие до межи,
говорящие израненные ежи,
на границе совы, жаворонки и сны,
позади "дожить до первого дня весны",
позади "целуйтесь с теми, кто снится вам",
позади сухая палевая трава,
позади бутылки, стёкла, бычки, шприцы,
позади сияют блеклые каганцы,
позади осталась полуживая гнусь,
и теперь я больше к этому не вернусь.

Впереди летят огромные поезда, самолеты вырываются из гнезда, я пишу об этом весело, на ходу. Извини, не смог остаться в твоем аду, извини, не смог остаться в твоем краю.

Я иду. Иду!

А там, у тебя - стою.

Еще Арчета?

22:18 

ярасписываларучку + tyranny

Джезебел Морган
Не в том беда, что авторов несет, а в том беда, куда их всех заносит.
на пути анархиста обучение у Бледена Марка вообще не заканчивается

он проверяет ее на прочность и на способность держать удар: если решила стать одиночкой, значит предательства жди всегда.
он проверяет ее насмешкой, слово острее его клинков: если ответишь, то как поспешно, если ответишь, то как легко?
он проверяет ее, она же подозревает во всем подвох, не доверяет друзьям и страже ( только об этом - нет-нет - не скажет) и контролирует каждый вдох.
он проверяет ее, из тени хищно следит за ее войной, за чередою ее решений, за неумением быть одной.
он проверяет - и это вызов, повод сражаться и быть сильней, бросить в огонь все свои капризы, чтобы сгореть - и ожить в огне. повод вцепиться в судьбу клыками, шпилем небесную твердь пронзить. воля чужая, огонь ли, камень вряд ли собьют ее со стези. это экзамен: она докажет то, что равна ему - и равней. ведь для нее так безумно важно, чтоб он не смел сомневаться в ней.

он проверяет ее на прочность и на способность держать удар: не расслабляйся, урок не кончен,
и не закончится.
никогда.

Х__х

@темы: Стихоразложение, Ветер в голове, tyranny

21:19 

Джезебел Морган
Не в том беда, что авторов несет, а в том беда, куда их всех заносит.
Сколько веревочке виться, строке тянуться, яблоку наливному скользить по блюдцу, пряча от глаз то небо, то дно морское, только оно лица твоего не скроет. Скачет царевич по лесу, по чисту полю, кощееву смерть царевич везет с собою, волк под седлом рычит и роняет пену с белых клыков. Все ближе родные стены белого града, где славят тебя, героя - лишь одного, хоть подвиг вершило трое. Волку-то что, в наморднике, мной заклятом - жаждет свободы, бесится, да куда там.

Кощеева дочь оставлена и забыта; мыслит царевич, что будет она убита вместе с отцом под черным холодным сводом. Ей ли, отродью, надеяться на свободу, ей ли купить прощение чародейством, ей ли считаться царевичевой невестой?

Ей ли прощать предательство, ложь и подлость?

Я сохранила, царевич, твой тонкий волос. Там, где отца не жалко - себя жалею: нет ничего, что мести сейчас важнее. Прячься, беги, да выслежу, не оставлю, птиц и зверей скликаю тебе на травлю, спутаю тропки, дороги все перекрою - нет, не успеют тебя величать героем!

Катится яблоко и на глазах сгнивает, тянется магия злобная, огневая, ляжет на плечи тяжкими кандалами, там где сияло солнце - бушует пламя. Замер царевич и дышит все реже, реже...
Сколько веревочке виться, да я обрежу.

@темы: Стихоразложение

01:08 

А еще сон мне был вчера.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
И ведь отменная идея в том сне. Будто на самом деле наш реальный мир - это что-то вроде чернобыльской (или хоть стругацкой) Зоны. То есть как бы сказать-то, чтоб понятно. Что тот мир, где мы живем, вот этот, солнечный, упорядоченный, с беззаботными красивыми девчонками (кстати, почему-то очень много встречаю в последнее время красивых рыженьких, именно рыжих, прямо аж странно!) и вкусным пивом, с киношками по Марвелу и прочим, ну вы поняли, да? - что он на самом деле только крохотный аномальный островок во вселенной, заселенной жуткими, ко всему свычными гадами, живущими в экстремальных условиях. Для нас экстремальных. Для них - повседневных.

Что помню из их мира? Древний гнилой трамвай, набитый усталыми (с работы, что ли?) кровососами, идущий по маршруту без рельс. Жуткий ветер, двигающий небоскребы, как парусники - и переждать наезжающий на тебя небоскреб можно только на "островке безопасности", обозначенном обычной дорожной разметкой. Дождь. Обычный дождь. Только сжигает все на раз к бениной маме, как плавиковая кислота. Отчего зонтик, а лучше костюм РХБЗ превращается из удобного аксессуара в жизненно необходимый предмет. Постоянная полутьма. Синие колючие звезды. Переменная гравитация: вот ты еле идешь, а вот ты уже летишь.

И посреди всей этой чудовищной прелести - ровная черта, за которой наш мир, живущий при Свете. И этот свет для жителей того мира убийственен, как для нас - жесткое излучение. А жители за этой чертой постараются немедленно уничтожить пришельца из того мира, с той же эффективностью, как если бы обычный человек забрел в стаю волков. Но все это удивительно - а следовательно, притягивает. Поэтому в том мире, в чудовищном, есть свои сталкеры. Посещающие наш мир для того, чтобы вынести из него артефакты: электробритву, фонарик, нетбук. И охотящиеся за странными, нежными существами, населяющими этот странный мир, такой спокойный, теплый и светлый, что жить в нем нормальному человеку ну совершенно невозможно. Некоторые из этих "сталкеров" настолько привыкают к нашей комфортной "Зоне", что практически в ней поселяются (правда, в самых некомфортных, гнусных, потайных ее уголках вроде приполярной тундры, московских подземелий или ядерных могильников). И эти некоторые, единичные, уникальные сталкеры из мира Инферно становятся легендами в своем мире. А в нашем - порождают легенды: о Тайном Городе, об упырях и вервольфах, гоблинах и Людях-Х.

Н-да. Где те времена, когда я умел и любил креативить?..

02:25 

Ух ты. А ведь хорошо же.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
Лемерт (Анна Долгарева). По "Мор: Утопия". О братьях Стаматиных. Пришло от Арчета.

Младший брат, как всякий творец, - он почти бессмертен,
не боится темных улиц и подворотен,
как он синеглаз, улыбчив и беззаботен
в этом захолустье, в чумной круговерти,
в этом темном омуте, где тихо смеются черти.
Если скажут, что он гениальный художник, то вы не верьте.
Он когда-то был им. А нынче уже не годен.

Старший брат идет по улице, руки в карманах,
осенью так резок,
назойлив ветер.
Старшего не любит никто почти на планете,
только младший брат
и почему-то дети,
бегают, смеются - "Дядь Андрюша, хочешь конфету?".
У него глаза усталого наркомана
и еще на поясе два пистолета.

читать дальше

19:11 

Нечто прекрасное.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
Каждый раз, возвращаясь домой из вечного трипа, неожиданно вижу, что я – из другой страны. Из страны, в которой не жалуются до хрипа на правительство, власть и происки сатаны. Из страны, где ветер горяч и цветны одежды, где воздух наполнен запахами цветов, где ты будто бы каждый день зависаешь между чем-то древним и чем-то новым, где ты готов вечно ехать, бежать, и плыть, и идти вперед, где ты знаешь, что больше никто никогда не умрет.
Люди смотрят и думают – этот сошел с ума, он объелся чего, обкурился душистых трав. Но не мне же засыпала сердце мое зима черным снегом своим. И скажите, что я неправ. Ведь у вас от нее на зубах ледяное крошево; в семь подъем, и уход с нелюбимой работы в семь. А я из страны, где лучшее – друг хорошего, где, представьте себе, все всегда улыбались всем. Мне кричат – не гони, будет хуже, мы знаем это: войны выборы цены холод валют обвал.
А я – из страны, где вчера наступило лето.
И у нас скоро тоже наступит.
Я узнавал.
© Kladbische

читать дальше

15:01 

Докреативилось перед Новым Годом.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
Проект давний, так что отдаю долги, можно сказать. Рабочее название было "Утопия". Так и оставим.

...Не было никакого пошлого детективного антуража, столь излюбленного досужими романистами. Ни внезапного звонка в три часа ночи, ни имбецильных, резких, как понос, охранников на пороге, ни рефлекторной дрожи в коленках, вызванной приглашением в святая святых государственной власти. Визит в Сколково согласовали еще в прошлую среду, дабы Селезнев мог без проблем спланировать "окошко" в своем весьма плотном графике. (С адмиралом Беневским профессор Селезнев был знаком задолго до того, как Беневский стал адмиралом, а Селезнев - профессором. Они познакомились на двухнедельных Курсах Толерантности - еще до получения высшего образования, обязательного для граждан Российской Демократии - и с тех пор частенько встречались как по делам, так и в неформальной обстановке, за стаканчиком "боржоми".) Профессия "охранник" в конце ХХII столетия сохранилась разве что на отсталых планетах с агрессивной биосферой, и несли эту повинность исключительно киберы. Что же до священного трепета пред лицом государственной власти, так испытывать его дОлжно разве что космическим пиратам - каковых, впрочем, теперь можно встретить лишь в древних, еще 3Д-шных фильмах. Поэтому профессор отлично выспался. Он проснулся по сигналу смарт-системы в девять, не торопясь принял душ, с удовольствием позавтракал и ровно в одиннадцать вышел из дома, надев, по случаю небывало теплой погоды, легкие тетраклоновые шорты, сандалии с носками и черную водолазку.

Во дворе он нос к носу столкнулся с дворником Бауыржаном. Бауыржан в белоснежном фартуке и перчатках размеренно шоркал метлой по чисто вымытому киберами пластфальту.

- Доброго дня, Бауыржан Шымболатович, - вежливо поздоровался Селезнев. - Как ваша диссертация?

- И вам добра, Игорь Всеволодович, - заулыбался Бауыржан. Бауыржан был коренной москвич - предки его переехали в первопрестольную еще до Последнего Бунта - и по-русски говорил совершенно чисто, как и на шести иных языках, в том числе двух инопланетных. Он писал докторскую диссертацию по ядерной физике и утверждал, что самые ценные мысли приходят к нему во время уборки двора. А поскольку ядерную физику Бауыржан любил почти так же сильно, как двух своих жен, Наташу и Томаса, каждый день чуть свет он надевал фартук и выходил во двор. На этой почве у него даже вышел конфликт с соседкой, Мириам Талгатовной, утверждавшей, что шелест метлы на рассвете мешает ей медитировать. - Слава науке, продвигается диссертация.

читать дальше

18:20 

Хочется посмотреть вот такого "Волшебника Страны Оз". Или - снять.

Непальская домохозяйка
Когда-то у нас было время. Теперь у нас есть дела.
...Элли Санчес в свои двадцать четыре имеет за плечами трудное детство в гетто, сексуальные домогательства пьяного отчима, членство в молодежной банде и неудачный брак. Она виртуозно матерится, много курит, отменно владеет выкидным ножом, на пари пьет текилу из горлышка, а для расслабона - "Куурс" в спортивных барах, где среди посетителей преобладают коротко стриженые женщины. Элли работает пилотом в канзасском управлении "Fire&Rescue", и тамошние толстопузые самцы уже привыкли обращаться к Эллисон Санчес в мужском роде и очень, очень корректно. Единственный друг Элли - доберман Тото, тренированный по программе "телохранитель". Строго говоря, Тото - сука, но Элли одинаково ненавидит кобелей и женственность. Элли с Тотошкой неразлучны и в баре, и на работе, и даже спят в одной кровати, выпив на ночь по баночке ледяного "Куурса". Вечерами Элли с Тотошкой смотрят по ТВ трэшевые боевики и дурацкие ток-шоу. Элли ядовито комментирует экранный угар, а Тотошка взлаивает в самых нужных местах. Элли убеждена, что ее собака разумнее многих людей.



читать дальше

23:48 

lock Доступ к записи ограничен

feyra
• EVIL LAUGHTER •
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

18:35 

lock Доступ к записи ограничен

feyra
• EVIL LAUGHTER •
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

11:09 

lock Доступ к записи ограничен

Ёсими
For alt vi har og for alt vi er.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

13:37 

speak kingly to me

Лаэ
"And the world has now completely and utterly ceased to be bound by the laws of logic." (FF XIV)
Что за сказка начнется со слов "умирает герой"? Что за странные боги даруют нам право расплаты?
Я был первым всю жизнь; но отныне я только второй. И, ты знаешь, ты лучший правитель, чем я был - когда-то.

Здесь разумны ветра, и слова тяжелее свинца, и смешные пушистые духи танцуют в овражке.
(Назову тебя сыном? Но ты не забудешь отца. Да и я не забуду того, кого... впрочем, не важно.)

Мы ушли от погони, и ты - вот наивный малец! - говоришь, что построишь здесь царство, где всем будет радость. Эй, у нас на двоих лишь плащи, да картошка в золе!.. но ты смотришь, и веришь - тебе аргументов не надо. Так, наверно, рождаются страны - империи! - треск, мимолетная вспышка, летучее пламя дракона...

(Но свою-то страну я не смог, не сумел уберечь.
Почему? И пока не пойму - мне не будет покоя.)

Нам под ноги послушно легла золотая трава, и холмы протянулись - как будто до самого неба.
(Назову тебя братом? Но братство слабее родства, поделенного - двум беглецам - пополам вместо хлеба.)

Нет, не обруч с камнями, не жезл, не брошь на груди; и не трон с набивною подушкой, чтоб мягче и выше.
Просто - право вести за собой и стоять впереди. Назову тебя... да. "Мой король". Привыкай уж, дружище.


13:42 

deathstag

Лаэ
"And the world has now completely and utterly ceased to be bound by the laws of logic." (FF XIV)
Говорят, будто каждый мертвец свой запомнил бой. Что добыча охотнику тянет всю мощь из жил. Я стрелок, я стреляю — и сердцем, и всем собой, и ко мне не приходят ночами все те, кого я убил.

Но, как только стемнеет, он виден в кругу теней — ноги-ветки, желтеющий череп и плошки глаз. Лунный свет подтекает опалово по спине, а в рогах из металла чужая торчит стрела.

Кто добыча? Кто жертва? Кто призрак глухих чащоб? Я не помню их лиц — своих матери и отца, я уже не уверен, что буду еще прощен — нет священников, что услыхали бы беглеца. Выбей дробь проржавевшим копытом: гора монет? Ожерелья, браслеты, что красили царский трон? Драгоценные камни, и каждый — дороже нет?

Поутру у костра нахожу я — один патрон.

На холодной земле беспокойно и жестко спать, все мерещится странное, пьяное, как угар. Кто-то косточкой вишни в оленя стреляет — паф! Через год глядь — вишневое дерево на рогах.

Если выстрелю, что прорастет меж твоих ушей? Колокольчики-пули, звенящие "динь-динь-динь"? Золотое копытце, серебряная мишень. Уходи.

Записки вольнолетящей

главная